Арранкары расселись за общим столом в зале собраний и гипнотизировали друг друга взглядами.
Никто не мог понять, зачем их созвали, но, тем не менее, все молчали. Спросить у соседа – было верным способом показать собственную неосведомленность, поэтому все делали вид, что уж им-то прекрасно известна та причина, по которой их сюда пригласили.
Обычно хоть какая-то информация о цели собрания все-таки просачивалась, и поэтому сегодняшняя таинственность настораживала вдвойне.
Гриммджоу, например, сидел как на иголках, ему очень хотелось дать кому-нибудь по голове, на эту роль прекрасно бы подошел Улькиорра, но сейчас шестой был вынужден просто ждать.
Проклятый Айзен!
Остальные тоже не испытывали восторга от затянувшегося ожидания, поэтому звук открывающейся двери встретили почти радостно.
Впрочем, радость быстро увяла, как только они разглядели вошедшего, а смутные подозрения тут же обрели свое материально воплощение.
- Как хорошо, что вы все пришли, - Гин развел руками, будто желая обнять собравшихся, а его улыбка стала еще шире.
Арранкары подобрались, и когда Ичимару спокойно подошел к креслу Айзена, Уэко Мундо впервые в жизни показалось им не таким уж и большим.
Если честно, совсем маленьким. Малюсеньким… Фактически, и спрятаться-то негде.
- А Айзен-сама?.. - все с удивлением посмотрели на Улькиорру, гадая, что это - излишняя смелость, глупость или преданность владыке.
- Он немного устал, Улькиорра-кун, но я обязательно передам, что ты о нем волновался. Что ты единственный, кто о нем волновался… - арранкары поежились. – Ну, раз уж вы все здесь так удачно собрались…
Кто-то возмущенно поперхнулся, но под вопросительным взглядом Гина протест затих, даже не успев оформиться.
- Так вот я и говорю, если уж вы все так удачно здесь собрались, то мы сможем обсудить наш подарок Айзену-тайчо, а то он в последнее время ТАК скучает…
Никто не шелохнулся. Даже Гриммджоу, хотя у него было, что сказать, сидел тихо и старался даже дышать через раз. Это тебе не владыка, который всего лишь ударит рейацу, ну, может быть, убьет, это Гин, диапазон пыток которого был безграничен.
Все замерли, как испуганные мышки перед котом, но Заэль решился осторожно спросить:
- У меня много работы… Может?..
- Неужели ты хочешь оставить нашего дорогого Айзена-тайчо без подарка?
- Нет, но…
- Вот и славно. Значит, все согласны.
- Что мы должны будем делать? – угрюмо поинтересовался Улькиорра.
- Хорошо, что ты спросил, Улькиорра-кун. Мы будем ставить эротический танец.
- Мы? – пискнул кто-то на другом конце стола. Вроде бы голос шел со стороны Ями, но поверить, что он мог издавать такие звуки, никак не получалось, поэтому остальные предпочли даже не оборачиваться, чтобы не травмировать психику.
- Ну, ставить буду я, а вот танцевать, конечно, вы.
- Мы?!!
- Вы, именно, вы! Представляете, приходит Айзен-тайчо на следующее собрание, а вы не просто скучно ждете его, сидя за столом, а исполняете на этом самом столе прекрасный танец, раздеваясь в процессе… - улыбка Гина стала слегка мечтательной. – И все это под музыку… Или лучше, чтобы кто-нибудь пел? Кто из вас хорошо поет?
- Я, – сознался Заэль, надеясь, что в этом случае раздеваться не придется.
- Прекрасно, значит, будешь еще и петь. Думаю, на первом плане тебе будет удобно? - розоволосый арранкар закрыл глаза и начал молиться о немедленном наступлении конца света – ничто другое остановить Гина не могло, по определению. - Только одежду снимаем ме-ееедленно. Все поняли? – дождавшись, пока каждый из Эспады кивнет, он продолжил: - Исполните танец, оденетесь - постарайтесь это тоже сделать эротично, и на свои места – собрание проводить.
Наступило тяжелое молчание.
- Что-то вы совсем не радостные… - Ичимару нацепил на лицо выражение легкой обиды. – Разве план не чудесный?
Присутствующие застыли, как ледяные статуи все еще не в силах поверить, что это все всерьез.
- А вы сами, что будите делать? – все-таки Улькиорра был очень смелый.
Гин перевел на него взгляд.
- Ну, кто-то же должен будет поймать Айзена-тайчо, когда он упадет в обморок.
